В молодости человек не способен воспринимать время как круг, он воспринимает его как дорогу, ведущую прямо вперед к вечно новым горизонтам; он еще далек от понимания, что его жизнь содержит лишь одну тему.
Милан Кундера
Но старшие — те, кто еще не потерял способности к рефлексии, — не могут равнодушно смотреть, как гибнут молодые. И каждый на свой лад пытаются их спасти. В последние годы этой проблемой серьезно озабочена и Православная Церковь. Но как разговаривать с «поколением цветов»? Как подступиться к нему?
— С молодыми нужно сейчас обращаться очень бережно, — уверял нас батюшка, служащий в Подмосковье. — Одно неосторожное слово — и все, вы можете их потерять. Да пусть приходят в храм как угодно одетые!
— И даже с голым животом?
— Вы ждете, что я скажу «нет», а я скажу «да»! И с голым животом, и подвыпившие, матерящиеся. Лишь бы пришли. Пришли к нам, а не на дискотеку. Сейчас не до жиру. Время-то какое! Знаете, что происходит на дискотеках? Им там и наркотики раздают, и музыкой этой жуткой сводят с ума. Ну, а еще…
Но как же удалось настолько оболванить молодежь, чтобы она, утратив инстинкт самосохранения, добровольно шла на убой? Спускаясь в ров погибели, юноши и девушки уверены, что восходят к светлому будущему. Это же какое-то очень глубинное поражение, которое невозможно объяснить только хитрыми уловками манипуляторов. Уловок, конечно, множество, но они — лишь средство, инструменты для успешного проведения операции. А операция проведена самая что ни на есть серьезная: из молодости удалось изъять ее основной смыслообразующий стержень. Он, этот стержень, есть у каждого возраста. Скажем, у старости — мудрость. А что же главное для молодости? Чем отличается молодежь от взрослых, пусть и молодых? Ведь не красотой же и здоровьем, которые сегодня, благодаря достижениям медицины, можно сохранять достаточно долго. (А можно, наоборот, быстро испортить, следуя модному молодежному стилю жизни.)
Молодость — это порыв, устремленность в будущее, свободный полет. Уже не дети, но еще не родители. Их еще не вынуждает приземлиться груз взрослой ответственности. Есть это у нынешней молодежи? — Есть, и даже в большей степени, чем у предыдущих поколений, поскольку она не спешит расстаться с вольной жизнью.
Святые отцы давно предупреждали, что именно в юности в душе разгораются страсти. Этого сейчас тоже с избытком. И амбициозность, свойственная молодости, в последние десятилетия усиленно разогревается, и эгоизм. Чего же все-таки нет? Что изъято из самого нутра, из самой сердцевины юности?
Все, кто жил при советской власти, должны помнить популярный тогда лозунг: «Коммунизм — это молодость мира, и его возводить молодым». Теперь, когда мир вовлекают в реализацию новой утопии — глобализма, этот лозунг, с заменой первого слова, вполне может быть начертан на знаменах его идеологов. Причем молодежь в новом проекте заметно потеснила старших по возрасту. Если в советское время декларировалось, что «молодым везде у нас дорога, старикам везде у нас почет», то глобализм предлагает старикам «сладкую смерть» (так переводится греческое слово «эвтаназия»), а молодым отдали и дорогу, и почет.
Молодежь стала одним из главных идолов нашего времени. Посмотрите, сколько у нас молодежных изданий, радио- и телепередач, молодежных концертов и фестивалей, молодежных клубов, музыки. Нам твердят о тенденциях молодежной моды. Со щитов рекламы в большом городе на нас смотрят в основном молодые лица. Сколько чиновников, ученых, деятелей культуры занято проведением особой молодежной политики!
Создается впечатление, что мир населен исключительно молодыми, с редкими вкраплениями людей других возрастов. А между тем реальная картина находится в некотором противоречии с виртуальной. В так называемых развитых странах, идущих в фарватере глобализации, молодежь составляет не такой уж большой процент населения. Если придерживаться классификации ООН, причисляющей к молодежи людей от 14 до 25 лет, то в среднем на 2005 год их количество составляло около 15%. В России, по данным переписи 2002 года, — около 20%, но у нас молодежным считался возраст от 14 до 30 лет.
Оскар Уайльд — один из самых известных драматургов позднего Викторианского периода, яркая знаменитость того времени, лондонский денди. С детства он рос в атмосфере аристократизма, был знаком с египетской философией. В 1878 году закончил Оксфордский университет с отличием. После визита в США и Францию, женится, обзаводится двумя детьми, и начинает писать театральные постановки, которые пользуются успехом у публики.
В апреле 1981 года Оскар знакомится с лордом Альфредом Дугласом. Отец лорда Дугласа, маркиз Куинсберри, не одобрял близкие отношения своего сына с драматургом-эстетом. После того как маркиз публично оскорбил Уайльда, разгорелась бурная ссора, которая послужила поводом для тюремного заключения Оскара в 1895 году за гомосексуализм, или содомию. Его осудили на два года тюремного заключения и исправительных работ, после чего Уайльд обанкротился и его здоровье серьёзно ослабло. Тюремное заключение полностью сломило его. Большинство былых друзей от него отвернулись.
В тюрьме Уайльд пишет горькую исповедь в форме письма Дугласу, которую называет «In Carcere et Vinculis» («В тюрьме и оковах»). В ней мы видим совершенно не того очаровательного Уайльда дориановских времён. В ней он — человек, мучающийся от боли, обвиняющий во всём себя самого и понявший, что «самое страшное не то, что жизнь разбивает сердце… но то, что она обращает сердце в камень».
Человек сохраняет за собой молодость, пока он бывает способен чему-нибудь учиться, принимать новые привычки и терпеливо выслушивать противоречия.
Мария фон Эбнер-Эшербах
Copyright © 2008 Selfire — развитие личности 