Selfire — развитие личности

Верность! В ней — жадность собственника. Многое мы охотно бросили бы, если бы не боязнь, что кто-нибудь другой это подберет.

Оскар Уайльд

Перестав любить, мы радуемся, когда нам изменяют, тем самым освобождая нас от необходимости хранить верность.

Франсуа Ларошфуко

Многие великие истины были сначала кощунством.

Бернард Шоу

Один мирянин Т. решил обратиться к старцу Паисию Афонскому, чтобы рассказать об одном искушении. Когда он общался с товарищами, имеющими гордый образ жизни, то и сам вынужден был вести себя подобно им. И сколько сил ни прилагал, не мог изменить этого положения дел. Пока он рассуждал, как лучше задать вопрос, пришел один паломник и принес старцу в подарок прекрасный арбуз. Паисий взял его со словами:

— Поскольку ты принес мне арбуз, одолжи и нож твой, чтобы нам разрезать, и я скажу вам «тайну», как стали арбузы сладкими и вкусными!

Паломник дал ему нож, и старец начал разрезать арбуз на доли и давать каждому по куску. Когда дошла очередь до Т., у него было предчувствие, что то, что он услышал бы, относилось к нему и имело отношение к проблеме, которая его занимала. И старец, посмотрев на него своим спокойным и проницательным взглядом, слегка улыбаясь, сказал:

Продолжение »

В моей молодости вопрос о смысле жизни подменялся поисками цели. К этому так привыкли, что многие и сейчас не видят различия между смыслом и целью.

Эльза Максуэлл

Когда мы счастливы, мы всегда добры; но когда мы добры, мы не всегда счастливы.

Оскар Уайльд

В молодости человек не способен воспринимать время как круг, он воспринимает его как дорогу, ведущую прямо вперед к вечно новым горизонтам; он еще далек от понимания, что его жизнь содержит лишь одну тему.

Милан Кундера

В жизни нет ничего бесцельного, если не считать саму жизнь.

Максим Горький

Жил когда-то в лесу человек, простой душой. Жилищем ему был шалаш из веток, одеждой — старое рубище, пищей — ягоды да коренья. Он любил Бога, искренне, всем сердцем, и не знал другого смысла жизни.

Но однажды случилось так, что он пошел в город, и увидел там красоту и великолепие дел рук человеческих. Возвратившись, он начал молиться и сказал:

«О Господи, посмотри — я живу в убогом шалаше, а иные обитают в богатых домах. Я ношу это рваное рубище, а иные носят удобную одежду. Я ем то, что нахожу под ногами, а иные вкушают лакомства. Я увидел — все это дают деньги. Пошли мне, Господи, денег».

«Хорошо», — ответил Бог, — «Мне не жалко дать тебе денег вволю. Милость Моя безгранична, и нужды ты не будешь знать. Но ты был верен Мне долго, и потому сперва Я дам тебе совет: не бери денег. Лучше прими крест».

«Крест?» — удивился человек. — «Чтобы меня распяли? Нет уж, лучше деньги».

Продолжение »

Зависть — самая искренняя форма лести.

Джон Коллинз

Зависть, которая говорит и кричит, обычно бездейственна; бояться надо той зависти, которая безмолвствует.

Антуан де Ривароль

Почему романы Харуки Мураками, насквозь японского писателя, сменили неизбывный томик Ремарка на сведенных коленях у томной девушки, на рабочем столе бухгалтера, под партой у студента, на откидной полке плацкартного вагона? «А вы читали нового Мураками? Как?! Вы не читали нового Мураками?» Новый Мураками ежемесячно становится старым, сменяясь сверхновым. Последняя в бесконечной череде клонированных овец — небольшая книга «К югу от границы, на запад от солнца».

Надо признаться, здесь Мураками предстает в достаточно необычном амплуа. В романе нет мистики, нет фантасмагории, нет даже привычной для Мураками иронии. Тема романа — кризис среднего возраста. Главный герой по имени Хадзимэ родился, влюбился, поступил в институт, закончил его, стал хозяином двух ресторанчиков, женился, встретил подругу детства, изменил жене и впал в глубокую депрессию. В результате, получился, как обозначено в аннотации, «самый пронзительный роман классика современной японской литературы».

Продолжение »