Однажды Пресветлого Пророка Мухаммеда попросила престарелая женщина поговорить с ее сыном, поскольку он весь свой ежедневный заработок тратил на финики, оставляя ее без гроша. Пророк пообещал ей по прошествии пяти недель устроить с ним разговор.
В назначенный день молодого человека подвели к Пророку, который заговорил с ним очень ласково:
— Ты ведь благоразумный мальчик, тебе следовало бы помнить, что ради тебя твоя мать перетерпела много страданий; чтобы вырастить тебя, она жертвовала всем своим заработком; ныне же она стара, а ты в силах ее содержать, тем временем все свои деньги ты тратишь на финики. Честно ли это, справедливо ли? Я надеюсь, по воле и милости Аллаха ты бросишь эту привычк«.
Молодой человек очень внимательно все выслушал, и совет ему пошел впрок. Ученики Пророка выразили удивление и спросили Его, почему Он не сделал ему замечание ранее, тридцать пять дней назад. Пресветлый Пророк объяснил:
— Я сам очень люблю финики, и у меня было чувство, что не имею право давать мальчику совет, если на протяжении пяти недель я сам не смогу от них воздержаться.
Воздержание от фиников
Однажды Пресветлого Пророка Мухаммеда попросила престарелая женщина поговорить с ее сыном, поскольку он весь свой ежедневный заработок тратил на финики, оставляя ее без гроша. Пророк пообещал ей по прошествии пяти недель устроить с ним разговор.
В назначенный день молодого человека подвели к Пророку, который заговорил с ним очень ласково:
— Ты ведь благоразумный мальчик, тебе следовало бы помнить, что ради тебя твоя мать перетерпела много страданий; чтобы вырастить тебя, она жертвовала всем своим заработком; ныне же она стара, а ты в силах ее содержать, тем временем все свои деньги ты тратишь на финики. Честно ли это, справедливо ли? Я надеюсь, по воле и милости Аллаха ты бросишь эту привычк«.
Молодой человек очень внимательно все выслушал, и совет ему пошел впрок. Ученики Пророка выразили удивление и спросили Его, почему Он не сделал ему замечание ранее, тридцать пять дней назад. Пресветлый Пророк объяснил:
— Я сам очень люблю финики, и у меня было чувство, что не имею право давать мальчику совет, если на протяжении пяти недель я сам не смогу от них воздержаться.